Крепостное право в России вернут буднично. Скорее всего в пятницу. В пятницу удобнее всего: впереди выходные, комментировать не надо, а потом все всё забудут. Они так всегда и делают.
Сначала все подумают, что это шутка. Ну не может же на самом деле страна в двадцать первом веке возвращать «белое рабство». Да и источник будет сомнительный. Ровно в полночь на сайте газеты «Известия» появится эксклюзив со ссылкой на достоверный источник в администрации президента. Источник, улыбаясь, расскажет, что уже в следующем году, с 1 июля в России будет введено крепостное право.
В фейсбуке начнется конкурс истерики и остроумия. Все будут «шутить», что едут уже в Шереметьево, но никто на самом деле не поедет. Алексей Навальный от волнения в твиттере забудет, что из-за условий домашнего ареста ему надо писать в женском роде. Егор Жгун успеет нарисовать актуальную карикатуру и соберет рекордные десять тысяч ретвитов.
Несколько часов традиционный кремлевский «пул» популярных блогеров будет выжидать, не зная пока, какую повестку отрабатывать. И только Кристина Потупчик напишет в три часа ночи твиттере: «Слушайте, хипстеры, если это не постирония, то что тогда вообще?». Кому-то это даже покажется забавным.
Наутро в онлайн-версии «Комсомольской правды» выйдет колонка Ульяны Скойбеды о том, что лучше пахать на своего барина, чем на заморского мистера. Заканчиваться она будет словами: «Бабушка моей бабушки могла. И я смогу». Одновременно Эдуард Лимонов напишет пламенный пост в своем Живом Журнале. С тремя восклицательными знаками в заголовке: «Назад — к земле!!!»
Кремлевские блогеры, тем временем получив «темники» (инструкции из администрации президента), начнут высмеивать «креаклов» и «национал-предателей» за их нежелание работать. Все бы им, мол, в айфоны тыкать, а от сохи совсем оторвались. В российском твиттере будет выведен на первом место хештег #хочуВкрестьяне. В ютьюбе появятся дорогостоящие ролики о том, что только так мы сможем дать ответ зарвавшемуся Западу. Все борды с демотиваторами завалят низкосортным юмором по этой теме.
Первый канал в специальном выпуске программы Елены Малышевой будет рассказывать о лечебных свойствах работы на огороде. «Полчаса с тяпкой заменяют два часа интенсивных кардиотренеровок в спортзале», — объяснит врач. LifeNews покажет стихийный пикет у Дома правительства. Неизвестные молодые люди с отпечатанными в типографии плакатами обольют бензином свои мобильные телефоны и переобуются в лапти. «Хотим быть крестьянами», — объяснят они журналистам. Никому не известный американский ультралевый эксперт на телеканале Russia Today горячо поддержит идею: Serfdom’s Anyway Better Than Corporate Slavery (англ. «Крепостное право в любом случае лучше, чем корпоративное рабство).
Дмитрий Песков откажется комментировать. И только к обеду появится комментарий Натальи Тимаковой газете «Коммерсантъ», где она объяснит, что действительно такая инициатива готовится, но речь идет не о крепостном праве, а о так называемых подшефных общественных работах. К офицерам ГРУ, ФСБ, МВД и некоторых других силовых ведомств в зависимости от звания будут территориально прикрепляться местные жители для проведения общественных работ на их земельных участках.
Чуть позже выдадут свой инсайд и «Ведомости». По словам их источника в Кремле, либеральному крылу в правительстве удалось пробить возможность раз в пять лет переходить от одного владельца к другому. «Фуф, а вы паниковали», — начнут писать прокремлевские блогеры.
А потом будут выходные. И будет понедельник. И какой-нибудь депутат предложить запретить трусы как символ «культурной экспансии Запада». И все начнут обсуждать трусы. И шутить про них. И забудут про крепостное право. Которое, конечно, введут.
